Это не просто ланч, это еще и теннис (продолжение)

Источник  / Текст и фотография с сайта  The New York Times / 2012 год

Элен Сиолино.
Письмо из Парижа. Часть вторая.

Как раз из-за отсутствия кухни Lenôtre проигрывает Potel et Chabot, своему конкуренту на "Ролан Гаррос". Potel занимается обеспечением приемов класса "люкс" уже 190 лет. В 1900 году фирма обслуживала банкет в честь мэров Франции в Саду Тюильри, приготовив 25 тысяч блюд. После этого ее призвание было предрешено.
Каждый сезон на стадионе "Ролан Гаррос" в районе парковки Potel сооружает временный ресторанный комплекс из 18 трехэтажных хозяйственных домиков, похожих на белые кубики с лестницами и лифтами, где работают 800 человек, включая 250 шеф-поваров, творящих на шести кухнях. Каждый день здесь готовят с сервируют от 4500 до 5000 разнообразных блюд, для сравнения Lenôtre готовит лишь 600.
Меня провели на второй этаж, в "Деревню Ролан Гаррос", где фирма Potel обслуживает гостей из 19 корпораций, среди которых Perrier, Peugeot, I.B.M., Longines и Lacoste. Для своих лучших клиентов Potel  арендует и оформляет помещения, выходящие на своеобразное авеню, где ровными рядами выстроились белые петуньи и золотисто-оранжевые ноготки. Тут клиенты могут прогуливаться, потягивая коктейли. Этажом выше находится ресторан, куда можно попасть только по специальному приглашению. Называется он Club Potel et Chabot. Здесь меня приветствовали бокалом розового "Шампанского" и конвертиком из тончайшего, похожего на пергамент, тоста, наполненного фуагра. Ланч начался с севиче из дорадо на замороженном щавеле с маленькими кусочками хрустящего зеленого цукини. Затем подали короля птицы - цыпленка Бриссе в пикантном соусе из белого вина от Юра с тонкими слоями картофеля и острым пирожным из мелко рубленных сморчков и куриного мяса. Так как сейчас, увы, не сезон сморчков, для блюда используют сушеные грибы. К цыпленку подавали белое вино Laporte Le Grand Rochoy Sancerre 2010 года и красное вино  David Reynaud Crozes-Hermitage 2011 года. Поскольку это был мой второй ланч за день, я пропустила сырную тарелку и сразу перешла к десерту. На десерт мне принесли бокал с напитком из гибискуса, в котором крошечные кремовые шарики лежали поверх слоя черешни. Любая кулинарная прихоть воспринималась здесь, как команда. Стоило одному гостю, сидящему за моим столиком, лишь обмолвится, что белое вино имеет странный вкус, и что лично он предпочитает сыр Comté c вином Arbois Vin Jaune Stéphane Tissot 2005 года, как толстые сочные ломтики Comté мгновенно появились на столе.
Обед не входит в тариф. Французская Федерация тенниса продает  однодневный пакет, куда входит входной билет с начала теннисного дня, ланч у Potel и сувенир стоимостью от 480 до 3000 евро в зависимости от категории билета и дня соревнований. В обычной жизни для меня это очень дорого, и поэтому на обед я решила отправиться на поиски вафель. Печально, но все что мне удалось найти - это поломанные остатки, испеченные еще ранним утром. И даже "Нуттелу" больше не предлагали.

Но зато остались воспоминания.

Это не просто ланч, это еще и теннис

Источник  / Текст и фотография с сайта  The New York Times / 2012 год

Элен Сиолино.
Письмо из Парижа. Часть первая.

Одни приходят на French Open, чтобы посмотреть теннис, другие - чтобы поесть. Мои самые сильные воспоминания о первом посещении "Ролан Гаррос" десятилетней давности  совсем не связаны с теннисными матчами, в них витают сладкие ароматы, которые сразили меня, едва я вошла на стадион: запах ванили и масла от свежеиспеченных вафель смешивался с запахом шоколадно-ореховой "Нуттэлы". "Это тебе не Форест Хиллз" -  сказала я своему мужу, который вырос в тех местах. Раньше там проводился US Open, пока его не перенесли на  Флашинг Мидоуз-парк.
Уимблдона не бывает без клубники со сливками, а  "Ролан Гарросс" - комплекс на окраине Булонского леса, каждую весну на 15 дней становится в Париже местом, где правит ланч.
Сейчас, когда экономика находится не в лучшем состоянии, редко кто из представителей большого бизнеса осмелится засветиться на трибунах в 4 часа по-полудни, наблюдая, как мячик летает через сетку. А вот ланч - это совсем другое дело. Фраза: "У меня ланч на "Ролан Гаррос," - считается признаком загруженности и усердной работы по-французски.
- Я не очень горжусь тем, что вынужнен признать, что многие приходят сюда лишь для того, чтобы поесть, - говорит Гилберт Изерн, исполнительный директор Французской Федерации тенниса, -  но то, что мы можем предложить здесь такую же прекрасную еду, как в любом парижском ресторане, является нашей визитной карточкой. Вы знаете, что здесь вы увидите нужных людей, а нужные люди увидят вас. Здесь вы пожмете интересующие вас руки и заведете интересные знакомства... И атмосфера! Это атмосфера весны и любования красивыми женщинами, одетыми с идеальным вкусом.
И не случайно "Ролан Гаррос" - единственный из четырех турниров Большого шлема, играется на грунте, который, как правило, способствует более высоким отскокам мяча и более медленной игре, чем хард или трава. Здесь важнее выдерживать стиль и размах, нежели идти в лобовую атаку. Удовольствие получаешь в процессе, а не в итоге.
Что касается настоящего Ролана Гарроса, то он был авиатором-рекордсменом и изобретателем, который умел ценить удовольствие. Во времена Первой Мировой войны, между вылетами он потягивал "Шампанское" и играл на фортепьяно, чтобы заглушить звуки бомбежки. Хотя он никогда не был большим теннисистом, но был таким популярным героем, что Франция назвала в его честь свой международный теннисный турнир и стадион. А ланч на "Ролан Гаррос" - это все равно, что Французский Королевский суд со строгой иерархией кто, что и где ест. В самом низу - американский стиль  или просто фаст фуд. Это для основной публики, то есть для большинства. (Как американке, мне неловко за то, что гамбургеры и хот-доги имеют дурную репутацию, и не могут входить в пакет дорогого тарифа.) В середине - респектабельные места в виде ресторанчиков самообслуживания, где можно сесть и пообедать за столиком. Ну и на верху, на самом верху, вожделенные обеденные зоны, зарезервированные для избранного меньшинства. В воскресенье, в день открытия чемпионата, я попробовала обе части высокой кухни. Начала я поздним утром с Grand Chelem. Это несколько уединенных столовых, расположившихся на краю стадиона под временными тентами. Управляет ими Lenôtre. Столовые рассыпаны по деревянной террасе между шезлонгов, орхидей и пальмовых деревьев. Здесь корпорации или частные лица арендуют полностью зоны или отдельные столики для своих клиентов.
- Весь год в моей жизни нет ничего кроме бизнеса, и только здесь я могу совместить дело и удовольствие, - говорит Валери Сафариан, глава Бельгийско-Американской торговой палаты в Брюсселе, пригласивший десять гостей на ланч и просмотр теннисных матчей, заплатив по 700 евро за каждого. Я следила за трансляцией теннисного матча по телевизору, висящему на стене, пока вкушала дорогой тариф (на мой взгляд слишком дорогой при 29 градусной жаре на отрытом не кондиционированном воздухе): кусочки утки, переложенные слоями фуагра, украшенные спаржей и ломтиками консервированных персиков, говяжье филе, фаршированное молодыми овощами и сыры в ассортименте. Милейшим творением оказался и десерт, на который подали хрустящие шоколадные "бриллианты", уложенные на дне бокала для мартини и покрытые тремя слоями воздушного мусса из черного шоколада, молочного шоколада и малинового. Шеф-повар Гай Крензер продемонстрировал мне свое мастерство: он отрезал кольцо из черного шоколада и уложил его в центре бокала, затем нанес три слоя мусса и завершил композицию малиной и листиком из золотой фольги. Я попросила его показать мне кухню, но ее не было, блюда готовились в Lenôtre, а здесь их только разогревали.

Ролан Гаррос 2012. Кто поставит на французов на Открытом чемпионате Франции?

Источник  / Текст с сайта Roland Garros /2012 год


Если не произойдет чудо, то в воскресенье 10 июня 2012 года французам не придется кричать "Ура". Несмотря на неплохие шансы, французские теннисисты скорее всего снова покинут турнир в пользу иностранных гостей.

Франция плачет. По сравнению с успехами в велоспорте, теннисных чемпионов Франция безжалостно лишена, и это не смотря на то, что  крупнейшее событие французского спорта "Ролан Гаррос" она проводит у себя дома. С начала эры Открытых чемпионатов в 1968 году, Франция лишь дважды праздновала победу на своих кортах, но эти воспоминания уже стали историей. У женщин Мари Пьерс сделала все, что смогла (три финала и один трофей в 2000 году), а у мужчин, картина еще мрачнее: победа Яника Ноа в 1983 и позорное второе место Анри Леконта в 1988. А дальше? Ничего. И это не смотря на целую плеяду французских   теннисисток, претендовавших на титул в 90-е, среди которых экс-первая ракетка мира Амеле Морисмо. Были претенденты и среди мужчин.
Если Мари Пьерс смогла-таки оформить свои отношения с Открытым чемпионатом Франции, Амеле Морисмо, не смотря на многообещающие юниорские достижения (титул в женском разряде), ни разу не покорила грунт "Ролан Гаррос". Девушка с умеренной неудачей, находившаяся на первой строчке рейтинга в течение 34 недель, всякий раз расклеивалась то физически, то морально. Если в начале карьеры ее поражения были спортивными (учитывая таких соперниц, как  Граф, Хингис, Селеш или Курникову), то потом череда поражений не оставляла ее из-за не слишком добросердечной французской публики. Она выиграла турнир Большого шлема, завоевав Уимблдон в 2006 году, после того, как, получив травму в Австралии, завершила карьеру Жюстин Энен. Но это событие проходило в день финала чемпионата мира по футболу,  и затерялось на его фоне, будучи слишком далеким от глаз и душ французских болельщиков,  недостойных, возможно, своей чемпионки. Может быть подобное заявление слишком сурово, но парижская публика скупа на похвалы и способна усложнить жизнь своим величайшим чемпионам. Взять хотя бы финал Рафаэля Надаля против Роджера Федерера. В настоящий момент для Франции блестящим шансом является Марион Бартоли, но только ленивый не высмеивал ее пухленькую фигуру. Что это, неблагодарная публика? Возможно. Но прежде всего, это публика, которой очень сложно угодить.

Ночные игры Гаэля Монфиса.

Однако есть один кандидат, способный бросить вызов изменчивой публике "Ролан Гаррос". Гаэль Монфис не тот человек, на которого можно рассчитывать, когда ставки столь высоки, что он сможет выиграть на родной земле под жестким прессингом. Но для него это, напротив, лишь стимул. "Когда со мной рядом моя семья и друзья, все меняется. Я действительно люблю этот корт. Я его не боюсь. На "Шатрье" я уже и так сделал много ошибок. Это мой дом. Я лишил его таинственности, назвав "опрокидывателем". Мое лучшее воспоминание о "Ролан Гаррос", когда я шестнадцатилетним или семнадцатилетним подростком играл здесь в прятки . Но все, хватит. (...) На любом турнире у меня есть цель, на "Ролан Гаррос" у меня есть мечта," - признался теннисист на страницах журнала "L'Equipe" в 2010 году. Только тело гутаперчивого француза никогда не может идеально приспособиться к  парижскому чемпионату. В тени и Жо Уилфрид Тсонга, который будучи пятой ракеткой мира и считаясь одним из лучших игроков, не имеет титулов на грунтовых кортах.  Сейчас, по его словам, он с ранней весны испытывает физическую усталость.
И все же, мужайся, Франция, ты не одинока. С начала эры Открытых чемпионатов ни один британский теннисист не достиг финала Уимблдона. Женщины были чуть успешнее. У них два финала (Энн Хайден Джонс в 1969 году и Вирджиния Вэйд в 1977 году. Прим. редактора). Кроме того, не считая первого десятилетия эры Открытых чемпионатов и Пета Кеша, выигравшего Уимблдон в 1987 году,  Австралия также не может похвастать ничем, за исключением мизерного достижения, выхода в финал Ллейтона Хьюита в 2005 году. А вот огромную Америку участь сия миновала, она не вписывается в эту теорию, поскольку за счет своего большого населения может давать больше чемпионов и держать марку теннисной супердержавы. Также этому способствует иммиграция, благодаря которой Америка приобрела такие бриллианты, как Мартина Навротилова и Моника Селеш. Все очень просто...

Ронан Босчер.

Прячемся от дождя.

 Источник /Cайт  Wimbledon.com  / 2011 год

Когда на Уимблдоне начинается дождь, то поиск сухого уголка, где можно переконтоваться до продолжения матча, становится для зрителей задачей номер один. Представляем вашему вниманию 10 лучших укрытий из нашего путеводителя Всеанглийского клуба.

1. Центральный корт, где как только закрывается крыша, шоу продолжается полным ходом. Еще бы! А где бы вы хотели оказаться в такой момент? И как стыдно, что лишь 15 000 счастливых обладателей билетов на этот корт имеют такую возможность. Хотя это, как минимум, на 15 тысяч человек больше, чем прежде, когда крыши и вовсе не было.
2. Прогулочные дорожки вокруг Центрального корта с разнообразными скамейками для отдыха его сухих и утомленных зрителей. Там у некоторых входов висят телевизионные мониторы, так что даже если вам не посчастливится ничего увидеть, вы всегда сможете услышать реакцию толпы на то, что происходит внутри .
3. Уимблдонский  музей тенниса на траве, где вы сможете просмотреть кино и видео кадры о  самых завораживающих (а главное сухих) теннисных матчах Уимблдона.
4.  Магазины Уимблдона чуть ниже Центрального кора и корта № 1: обширное пространство, наполненное раскрученными  товарами ... и раскрытыми зонтами.
5. Кафе Пергола, где вы всегда сможете  приободрить себя чашечкой горячего чая или кофе.
6. Продуктовая Деревня на корте № 1:  подпитка в виде рыбки с чипсами, горячего супчика в котелке или пиццы, испеченной на камне, всегда кстати.
7. Экспериментальный павильон Sony Ericsson, где можно посмотреть  Уимблдон в 3D: заодно увидите чемпионат в новом свете.
8. Газетный киоск: заодно проверите, как освящается теннис на английском, французском, итальянском, чешском, испанском языках... но там мало места, так что лучше купить и почитать где-нибудь еще, и не тратить время на просмотры матчей.
9. Аптека: еще одно небольшое, но вполне пригодное для кратковременного убежища пространство. Или для того, чтобы купить таблетки, если погода действительно стала для вас головной болью. 

10. И, конечно же, под зонтом. Это старый добрый способ. А если под огромным зонтом в цветах Уимблдона, то и дождь кажется не таким  унылым.

Размышления о субботе в век компьютерных технологий

Источник  / текст и фотографии с сайта NYPL / 2011 год

Как много работы! Сроки, почта, дети, обязанности. Уже давно мы не живем по какими-то другим канонам кроме тех, что придумали сами, мы гордимся тем, как много работаем и упиваемся тем, что не можем остановиться.
Но не так давно вопрос: отдыхать или нет в выходные вовсе не был столь мучительным. Американцы стали игнорировать древнюю заповедь: один день в неделю не работать всего полвека назад. До этого, по церковным и по государственным законам, люди всегда отдыхали один день, как правило, в воскресенье. А вот суббота превратилась в квази-светский день. В субботу не нужно было идти в церковь, но поскольку все магазины были закрыты, скорее по обычаю, чем по закону, люди проводили день  в компании друзей, посещали молитвенные дома, гуляли, катались или обедали вместе.

Сегодня мало кому хотелось бы отказаться от возможности выбора, как ему провести свободное время, но мы должны признать, что этот выбор не только обогащает нашу жизнь, но зачастую  лишает нас чего-то важного. 
Посмотрим, как американцы проводили воскресенья всего лишь век назад. Вот как один психолог в 1908 году описывает выходной: "Люди наслаждаются свободой от часового рабства, обедают плотно и неторопливо, шум на пустынных улицах словно притих, и это усиливает очарование небес, солнца, деревьев, полей. .. звонки, визиты, переписка так же хороши для души и тела, как и обычный простой отдых ".
Сейчас по  воскресеньям "обычный простой отдых" недосягаем, если не сказать невозможен. Все больше и больше людей работают по ночам и по выходным. И если один из супругов идет на работу, то другой смотрит за детьми. У "шума на пустынных улицах" гораздо меньше шансов "притихнуть", как и у самой улицы стать "пустынной", и, конечно, невозможно выключить все телевизоры, телефоны и компьютеры.
Настоящий отдых, оказывается, - это вовсе не уединение, а активные групповые занятия; спокойная атмосфера создается несколькими, а отнюдь не одним человеком. Все это запоздалые уроки исчезнувших американских суббот, когда лучше всего мы отдыхали, если кто-то еще составлял нам компанию, веселил нас или морально поддерживал, когда нам становилось страшно. Но вряд ли отдых в подвижном, гудящем мире можно назвать здоровым.
Многие священнослужители проповедовали воскресный отдых со своих кафедр, но у американских воскресений были и  нерелигиозные защитники. Самый красноречивый из них судья Верховного суда Феликс Франкфуртер утверждал в 1961 году, что закрытые или синие  воскресенья не разрушают стену между церковью и государством, а "напротив, защищают редкое социальное благо "сообщество отдыхающих ", которое исходит из церковных традиций и сейчас превратилось в " важное культурное достояние." Защищая в середине века американское воскресенье от тех, кого унижал подобный отдых, он говорил, что для общества и здоровья его граждан вполне нормально иметь законодательно утвержденный день отдыха, "освобождающий их от ежедневной рутинной работы и способствующий сохранению психического мира..., во время которого ум и тело свободно от требований и возрастающего давления механизированности и конкуренции, правящих современной жизнью."

"Если хотите легче переносить воскресенья, - говорил Франкфуртер, - думайте о Рождестве или об утре Нового года, когда окна магазинов закрыты ставнями, а на  улицах тишина, и лишь случайные прохожие праздно прогуливаются туда сюда." Но такого покоя нам достаточно два раза в год. И, кстати, не потому что мы трудоголики или интернет-зависимые люди, и не потому, что религия уже не так сильна, как прежде. Просто сейчас объективно гораздо труднее перестать работать, чем в дни Франкфуртера. Темп и ритм работы ускорились, и каждая пауза стоит дороже, чем раньше. Тотальная глобализация дала возможность синхронизировать производство и передачу информации по всему миру, но она также привела и к необходимости работать по 24 часа в сутки 7 дней в неделю. Это, по сути, то, что Иосиф Сталин однажды восхищенно назвал "непрерывной рабочей неделей". 
Может вам интересно, как субботы могут помочь нам противостоять этим чудовищным социальным, техническим и экономическим силам? Ответ на этот вопрос прост, как все гениальное. Мы не может вернуть синий закон, и, в целом, это хорошо. Но суббота - это не просто выходной день. Это идея. На самом деле, это три идеи, воплощенные в Четвертой заповеди, которая гласит: Соблюдай субботу.
Идея первая  - не только богатый имеет право на отдых на регулярной основе. 
Идея вторая - хорошее общество делает лучше жизнь своих граждан, защищая их право на отдых.
Идея третья, пожалуй, самая мощная из всех - просто "помни субботу."  
То, что все мы можем сделать - это выбрать: следовать ей или нет. А еще мы можем просто задуматься над этим, попытаться разгадать то, чему учит нас этот очень старый, и когда-то очень почитаемый человеческий закон, когда говорит о работе, отдыхе, времени, разуме и хорошей жизни. Что бы открылось нам, если бы мы смогли разгадать его, остается манящей загадкой.